ssss

  1. Оказание маркетинговых и консалтинговых услуг
    "ЦПИ" поможет спланировать Ваш бизнес, предлагая экспертную оценку влияния политических и экономических изменений на деловую активность в Сахалинской области.
  2. Своевременное получение аналитических документов
    Мы предлагаем Вам анализ инвестиционных возможностей в наиболее перспективных отраслях Сахалинской области.


СЛУШАЕТСЯ ДЕЛО О ПОСЯГАТЕЛЬСТВАХ НА СУВЕРЕНИТЕТ РОССИИ И МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО.


О предмете слушаний

Чтобы понять всю значимость парламентских слушаний “Советско-японская Декларация 1956 года и проблемы национальной безопасности Российской Федерации”, проведенных 12 - 13 сентября 2001 г. в Южно-Сахалинске, достаточно только беглым взором окинуть ту неоднозначную и тревожную ситуацию, которая складывается в последние годы на российско-японском векторе международных отношений, неадекватные мнения в международном и и, отчасти - в российском социуме, склоняющемся к поддержке японских территориальных притязаний к России, а также не всегда внятные шаги на этом направлении МИДа и правительства России.

В течение первого послевоенного десятилетия, несмотря на то даже, что конец Второй мировой войны не замедлил трансформироваться в начало “холодной войны”, никто в мире и, в том числе - в Японии, США и Великобритании, не мог позволить себе усомниться вслух в правомерности советского суверенитета над всеми Курилами и южной частью Сахалина. И тому было и есть более, чем достаточно международно-правовых оснований, включая Каирскую декларацию 1943 года, Ялтинские и Потсдамские соглашения 1945 года, Устав ООН 1945 г., Акт о полной и безоговорочной капитуляции японских милитаристов, подписанный 2 сентября 1945 г. Иначе как бы мог позволить себе верховный главнокомандующий союзных оккупационных войск в Японии генерал армии Дуглас Макартур, не опираясь на вышеприведенные документы и не согласовав свои действия с Госдепартаментом и Президентом США, направить японскому правительству специальную директиву № 677/1 от 29 января 1946 года, в которой указывалось, что из-под юрисдикции японского правительства исключаются Курильские острова (Тисима), группа островов Хабомаи (Хабомаидзё), включая острова Судё, Юри, Акиюри, Сибоцу и Тараку, а также остров Сикотан, занятые на тот период советскими войсками в соответствии с союзным планом? Ни у кого, в том числе - у тогдашнего первого послевоенного японского правительства не возникло и тени сомнения в законности и, что немаловажно - справедливости такого раздела территорий.

Однако, в 1955 - 1956 г.г. СССР, располагая достоверной информацией об усердной разработке Пентагоном вариантов ядерного нападения на Советский Союз и, почти не имея на тот период средств доставки собственного оружия возмездия, предпринял вынужденную дипломатическую акцию по вытеснению американских военных баз из Японии. - СССР согласился на переговоры о мирном договоре с Японией, надеясь включить в его текст положения о выводе американских баз с территории нашего дальневосточного соседа. При этом, не в последнюю очередь, ставка делалась и на мощные антиамериканские выступления японской общественности того времени. В свою очередь, США, стремясь во что бы то ни стало не допустить советско-японского сближения, с циничной легкостью подвергают ревизии Ялтинские соглашения, которых в трудном для них 1945 году так заинтересованно добивались, и идут на прямой шантаж японцев. В частности, 19 августа 1956 г., в самый разгар работы над советско-японским мирным договором, посол США в Великобритании уведомил министра иностранных дел Японии о том, что если при подписании мирного договора с СССР Япония признает суверенитет СССР над южной частью Сахалина и Курильскими островами, то США навечно оставят себе архипелаг Рюкю (Окинава). Реваншизм, уже давший обильные всходы в японских правящих кругах, получил, таким образом, не только американский “карт-бланш”, но и прямые указания.

В итоге, трудные переговоры, начавшиеся в июне 1955 года в Лондоне и завершившиеся в Москве лишь 19 октября 1956 года, к заключению мирного договора так и не привели. Однако 19 октября 1956 года председатель Совета Министров СССР Н.А. Булганин и премьер-министр Японии Итиро Хатояма подписали “Совместную декларацию Союза Советских Социалистических Республик и Японии”, в статье 9 которой сказано: “...При этом Союз Советских Социалистических Республик, идя навстречу пожеланиям Японии и учитывая интересы японского государства, соглашается на передачу Японии островов Хабомаи и острова Сикотан с тем, однако, что фактическая передача этих островов Японии будет произведена после заключения мирного договора между Союзом Советских Социалистических Республик и Японией”. И та и другая сторона своих основных целей не добились, если не считать установления нормальных дипломатических отношений и принятия согласованных норм рыболовной деятельности. Полный консенсус не состоялся. Япония добилась согласия на продолжение процедуры переговоров, имея в виду дальнейшее расширение своих территориальных притязаний. СССР согласился на продолжение переговоров о мирном договоре, лелея надежды на вывод американских военных баз из Японии. США праздновали полный дипломатический успех: под советско-японские отношения была заложена очередная бомба непрерывного действия.

Из вышесканного предельно очевидно, зачем и почему возникла “Совместная декларация”. Ведь какая-либо дополнительная международно-правовая легитимизация прекращения войны и раздела сопредельных территорий уже не требовалась. Все необходимые утверждения и ссылки на предшествующие договоренности между союзниками были закреплены “Актом о полной и безоговорочной капитуляции Японии” 1945 года (читаем в “Словаре иностранных слов”: “капитуляция - прекращение вооруженного сопротивления одной из воюющих сторон и сдача победителю на продиктованных им условиях”). Состоявшаяся “Совместная декларация”, равно как и витающий в облаках российско-японский мирный договор - это все вариации на вольную тему по отнюдь не безусловному и не безупречному шаблону, каким явился Сан-Францисский мирный договор 1951 года. Ведь и тогда многие понимали, что называть эти договоры “мирными” не вполне логично, если они подписываются в ситуации мира, уже состоявшегося на абсолютно безоговорочных, не подлежащих никакому обсуждению со стороны Японии условиях “Акта о полной и безоговорочной капитуляции”. Мирные договоры подписываются сторонами, когда состояние войны между ними еще не прекращено, и для каждой из сторон еще остается возможность выбора между миром и войной, остается возможность оговаривания территориальных и иных условий заключения мира или сохранения состояния войны. Поэтому вполне естественно, что вопрос о мирном договоре между Германией и СССР, между Германией, Италией и союзниками вообще не рассматривался. Заключались и заключаются по сей день всевозможные адресные договоры и соглашения об установлении дипломатических отношений, о взаимопонимании и сотрудничестве по пограничным вопросам, об экономическом, культурном, любом ином сотрудничестве или взаимоотношениях.

Характерно в этой связи, что о формальности и международно-правовой ничтожности советско-японского мирного договора вынужденно проговаривается перед заключением “Совместной декларации” полномочный представитель правительства Японии С. Мацумото в своем письме первому заместителю министра иностранных дел СССР А.А. Громыко от 29 сентября 1956 года: “...При этом японское правительство считает, что и после восстановления дипломатических отношений в результате нынешних переговоров весьма желательно, чтобы японо-советские отношения достигли более прочного развития на основе формального мирного договора, включающего в себя и территориальный вопрос” (читаем в “Словаре иностранных слов”: “формальный - ...2) сделанный для соблюдения внешней формы, порядка, проникнутый формализмом; ...4) существующий только по видимости, по форме”).

Таким образом, вся предистория и ход труднейших советско-японских переговоров, а также принятая в 1956 году декларация создали прецедент и обозначили печальную для установившегося миропорядка перспективу пересмотра итогов Второй мировой войны в самом широком смысле слова. Даже “Памятная записка Правительства СССР Правительству Японии” от 27 января 1960 г. , на которую иногда ошибочно или недобросовестно ссылаются как на отказ СССР от выполнения условий статьи 9 “Совместной декларации”, лишь раскрывает содержание одной из логических терм, заложенных в понятие “мирный договор”. В “Записке” указывается: “...Ввиду этого Советское правительство считает необходимым заявить, что только при условии вывода всех иностранных войск с территории Японии и подписания мирного договора между СССР и Японией острова Хабомаи и Сикотан будут переданы Японии, как это было предусмотрено Совместной декларацией СССР и Японии от 19 октября 1956 г.”. Иначе говоря, СССР не отказывается, но заранее оговаривает одно из условий мирного договора. - ... А передача Хабомаи и Сикотана состоится как действие, производное от акта подписания мирного договора. И это его законное право именно по “Совместной декларации”, т.к. перечень условий, на которых советская сторона может подписать (или не подписать) пресловутый мирный договор, в принятом документе под исполнительскую ответственность сторон пока еще не задекларирован.

В этой связи совершенно необоснованными и грубыми можно квалифицировать обвинения в адрес СССР, обнародованные в ответной “Памятной записке Правительства Японии Правительству СССР” от 5 февраля 1960 г. В ней указывается: “...Правительство Японии не может одобрить позицию Советского Союза, выдвинувшего новые условия осуществления положений Совместной декларации по территориальному вопросу и пытающегося тем самым изменить содержание декларации. Наша страна будет неотступно добиваться возвращения нам не только островов Хабомаи и о-ва Сикотан, но также и других исконных территорий”.

Не мудрено, что эта вероломная угроза безоговорочно капитулировавшего агрессора добиваться (но не просить) у победителя всеобъемлющего пересмотра итогов Второй мировой войны, все новых и новых территориальных уступок, недобросовестное искажение четко оговоренной последовательности исполнения Совместной декларации и, при этом, бесцеремонный перевод собственной вины на СССР убедили советское руководство в недобросовестности партнера по договору и в бесполезности сделанной ранее и неоцененой великодушной территориальной уступки.

Но еще важнее в данной ситуации заострить внимание не на эмоциональной, а на международно-правовой стороне возникшей совершенно новой ситуации. Дело в том, что пределы возможных территориальных изменений были четко ограничены в “Совместной декларации” островом Шикотан и той группой островов, которую Япония назвала Хабомаи. Заявив же в ответной “Памятной записке” вполне официально, что “...Наша страна будет неотступно добиваться возвращения нам не только островов Хабомаи и о-ва Сикотан, но также и других исконных территорий”, Япония тем самым первая официально денонсировала статью 9 “Совместной декларации” (по-крайней мере, ее часть, относящуюся к территориальным изменениям). Поэтому СССР направил Японии ноты от 24 февраля и от 22 апреля 1960 г. , в которых было заявлено, что территориальный вопрос между СССР и Японией разрешен окончательно и бесповоротно по итогам Второй мировой войны, приняв тем самым в производном порядке инициативу Японии по денонсации статьи 9. Причем, очевидно, что не отказываясь до настоящего времени от дополнительного востребования Итурупа и Кунашира, Япония тем самым продолжает удерживать статью 9 в состоянии денонсации.

Начиная же с принятия “Совместного советско-японского заявления” от 18 апреля 1991 г. и вплоть до настоящего времени позиция руководства СССР, а затем и руководства его правопреемника - России по вопросу территориальных притязаний Японии стала неоправданно уступчивой. Причем, идя на поводу у Японии, СССР (Россия), начиная с этого “Совместного заявления”, уже не просто соглашается (как в “Совместной декларации” 1956 г.) передать принадлежащие ему острова, но допускает саму возможность оспаривания итоговых послевоенных международно-правовых актов, что уже само по себе вполне может навлечь обоснованные обвинения мирового сообщества в адрес СССР (России) о посягательстве на международное право. В “Совместном заявлении” 1991 г., в частности, указывается: “...4. Президент СССР М.С. Горбачев и Премьер-министр Японии Тосики Кайфу провели обстоятельные и углубленные переговоры по всему комплексу вопросов, касающихся разработки и заключения мирного договора между СССР и Японией, включая проблему территориального размежевания, с учетом позиций сторон о принадлежности островов Хабомаи, острова Шикотан, острова Кунашир и острова Итуруп...” “... мирный договор должен стать документом окончательного послевоенного урегулирования, включая разрешение территориальной проблемы...”. В “Токийской декларации о российско-японских отношениях” от 13 октября 1993 г. отмечается: “...2. Президент Российской Федерации и Премьер-министр Японии, придерживаясь общего понимания о необходимости преодоления в двусторонних отношениях тяжелого наследия прошлого, провели серьезные переговоры по вопросу о принадлежности островов Итуруп, Кунашир, Шикотан и Хабомаи...”. В “Московской декларации об установлении созидательного партнерства между Российской Федерацией и Японией” от 13 ноября 1998 г. декларируется: “...2. Президент Российской Федерации и Премьер-министр Японии, учитывая, что российская сторона передала ответ на предложение японской стороны по решению вопроса о принадлежности островов Итуруп, Кунашир, Шикотан и Хабомаи, сделанное в ходе встречи на высшем уровне в Каване в апреле с.г., дают указание своим правительствам активизировать переговоры о заключении мирного договора на основе Токийской декларации и договоренностей, достигнутых во время встреч на высшем уровне в Красноярске и Каване. Руководители обеих стран подтверждают свою решимость прилагать все усилия с целью заключения мирного договора к 2000 году...” .

Суть посягательства вышеуказанных документов на международное право состоит в том, что в итоговых послевоенных документах, базирующихся касательно Японии на “Акте о полной и безоговорочной капитуляции”, все “...вопросы о принадлежности...” решены безоговорочно и с тем, чтобы не возникало более взрывоопасных “...позиций сторон о принадлежности...”. Можно хотеть получить чужие территории, можно передать свои территории, но нельзя подвергать сомнению утверждения судьбоносных итоговых послевоенных международно-правовых актов.

О форсировании переговоров по “... заключению мирного договора путем решения вопроса о принадлежности островов Итуруп, Кунашир, Шикотан и Хабомаи...”, а также об “... активизации усилий по разъяснению общественному мнению своих стран важности заключения мирного договора...” говорится также в “Заявлении Президента Российской Федерации и Премьер-министра Японии по проблеме мирного договора” от 5 сентября 2000 г., а также в “Иркутском заявлении Президента Российской Федерации и Премьер-министра Японии о дальнейшем продолжении переговоров по проблеме мирного договора” от 25 марта 2001 г.

В этот же период, наряду с указанными формулировками, выдержанными в умеренном дипломатическом тоне, международные СМИ и книжный рынок захлестываются валом информационной продукции, искажающей и порочащей российское первооткрывательство и освоение Курил и Сахалина, историю Великой Отечественной войны, Ялтинские и Потсдамские соглашения, подвиг Советской Армии и значимость ее союзнического вклада в разгром все еще сильного, вооруженного до зубов японского милитаризма (по самым смелым прикидкам штабистов союзных войск, без СССР и Советской Армии война на Тихом Океане могла бы затянуться, в лучшем случае, до осени 1946 года). Отторжение от Японии Курильских островов и южной части Сахалина подаются как проявления “сталинского тоталитаризма”, от “родимых пятен” которого Россия якобы не сможет освободиться и стать полноправным членом цивилизованного общества, если не отдаст Японии сначала Итуруп, Кунашир, Шикотан и Хабомаи, а затем - южный Сахалин и те “исконные территории Японии”, на которые она укажет.

Термин “японский милитаризм”, практически, выведен из употребления. Более того, уже не Япония, а СССР представляется как агрессор, нарушивший “Пакт о нейтралитете между Японией и СССР” 1941 года. При этом замалчивается, что СССР официально денонсировал этот Пакт в апреле 1945 г., а войну Японии объявил лишь 8 августа 1945 г. после ее отказа выполнить требования Потсдамской декларации 1945 г. Следует также иметь в виду, что война Японии была объявлена не только в порядке исполнения союзнического долга, но и обязательств по статье 1 принятого в апреле 1945 года Устава ООН (о необходимости принимать эффективные коллективные меры для предотвращения и устранения угрозы миру и подавления актов агрессии и других нарушений мира), а также в соответствии со статьей 103 Устава (о преимущественной силе обязательств по Уставу ООН перед обязательствами по каким-либо другим международным договорам).

Кроме того, утверждается, что СССР нарушил положения Атлантической хартии 1941 г. и Каирской декларации 1943 г. о неприменении “права победителя” и нерасширении территорий. При этом нигде не указывается, что Курилы и южная часть Сахалина были отторгнуты от Японии и переданы СССР не по “праву победителя”, а в соответствии с положениями той же Каирской декларации и Устава ООН “о наказании агрессора путем отторжения территорий, явившихся плацдармом агрессии”.

Не встречая должного отпора со стороны России на дипломатическом и пропагандистском уровнях, заручившись явной и негласной поддержкой не только со стороны “стран семерки” и дезинформированной части мировой общественности, но и со стороны определенной заинтересованной или введенной в заблуждение части российского населения и руководства, Япония переходит от пропагандистских акций к прямым и грубым посягательствам на суверенитет России. 20 августа 2001 г. Премьер-министр Японии Д. Коидзуми направляет Президенту России В.В. Путину “Послание” с требованием запретить рыболовный промысел третьих стран в экономической зоне, прилегающей к южным Курилам, и с угрозой об ухудшении российско-японских отношений в противном случае.

Цели и содержание парламентских слушаний

Несмотря на вышесказанное, нельзя, тем не менее, делать вывод о том, что прошедший десятилетний период прошел под знаком близкого триумфа японских реваншистов и их сторонников, удовлетворяющих за счет японцев широкий спектр своей личной заинтересованности или же лелеющих призрачные надежды на японские инвестиционные потоки в российскую экономику взамен на территориальные уступки.

Трезвомыслящие, миролюбивые, отдающие дань уважения международному праву, общечеловеческим ценностям и не утрачивающие при этом патриотическую доминанту люди составляют подавляющее большинство российского социума и государственной власти. Ни давление реваншистской пропаганды, в арсенале которой абсурд вместо права и справедливости, - а “выдавливание слез” чередуются с угрозами и “игрой мускулов”; ни подножки российских коллаборационистов из эшелонов власти не в состоянии сломить волю этого большинства, его убежденность в законности и справедливости итогов Второй мировой войны.

Основной груз организующих и инициирующих функций в нелегкой борьбе с японским реваншизмом волей-неволей, в том числе - по обстоятельствам обширной и сложной географии России пришлось взвалить на свои плечи общественности, местной и региональной властям очень небольшой, провинциальной Сахалинской области. Только Сахалинская областная Дума с 1991 г. по сентябрь 2001 г. приняла 24 постановления, 6 заявлений, направила 1 обращение к Президенту России, 2 обращения в Федеральное Собрание, Правительство и Президенту России, 2 письма в МИД России с требованиями и предложениями к соответствующим субъектам федеральной власти или с выражением протестов в отношение их действий на российско-японском межгосударственном уровне, каким-либо образом создающих угрозу подрыва российского суверенитета над южными Курилами. Не меньшую самостоятельную активность в этом направлении проявляют и многочисленные региональные общественные организации.

Однако поспешность, с которой руководители Японии и России достигли согласия о форсировании переговоров по заключению мирного договора, не могла не вызвать адекватной реакции. Тем более, что такое согласие достигнуто на фоне эскалации циничной и весьма опасной для мирового правопорядка ревизии Японией итогов Второй мировой войны, ужесточения ее территориальных притязаний вплоть уже до прямых посягательств на российский суверенитет (ноты МИДа и премьер-министра Японии с требованием о запрете промысла третьих стран в акватории спорных островов). Поэтому неудивительно, что Сахалинская областная Дума выходит с инициативой и организует расширенные парламентские слушания “Советско-японская Декларация 1956 года и проблемы национальной безопасности Российской Федерации”. Назрела острая необходимость коллегиального синтеза позиций и акцентов, прежде всего, в российском социуме и руководстве и выработки адекватных мер и рекомендаций для Правительства России.

И следует с удовлетворением констатировать, что спокойный, профессиональный и конструктивный разговор получился. На слушания прибыли депутаты Госдумы и Совета Федерации ФС РФ, ответственные чиновники федерального правительства, ученые-востоковеды, представители российских регионов, местной власти, всероссийских и региональных общественных организаций. Приглашенные, но не прибывшие по причине плановой загруженности депутаты Федерального Собрания РФ и члены Правительства командировали в Южно-Сахалинск помощников и экспертов с докладами, выражающими позиции депутатских фракций, комитетов или соответствующих федеральных ведомств.

К утверждениям, которые в разной интерпретации прозвучали, практически, во всех докладах и были безусловно внесены в “Рекомендации парламентских слушаний”, следует отнести:

<ol>

  • Послевоенное статус-кво не только законно с точки зрения международного права, но и справедливо с позиций общечеловеческой морали, в связи с чем Россия не обязана “возвращать” какие-либо территории, отторгнутые у Японии по итогам Второй мировой войны.
  • Россия заинтересована в добрососедских отношениях и экономическом сотрудничестве с Японией, но не ценой территориальных уступок. Надежды на серьезную экономическую помощь Японии не оправданы даже при сугубо гипотетическом варианте территориальных уступок. Необходимо полагаться на свои силы, развивать выгодные экономические отношения с другими странами региона.
  • “Совместная декларация” 1956 года и целый ряд российско-японских соглашений последнего десятилетия следует считать серьезными и даже преступными просчетами российской дипломатии, идущей на неоправданные и ущербные для интересов страны уступки территориальным посягательствам Японии. Подписание мирного договора с Японией не является насущной необходимостью ни для России, ни для мирового сообщества. Более того, этот мирный договор является принципиально вредоносным, так как компрометирует своей очевидной формальностью международное право. Но, коль скоро мы договорились с Японией о принятии этого документа в “Совместной декларации”, к его подготовке необходимо подойти взвешенно и без спешки. Ни в коем случае нельзя подписывать мирный договор под давлением откровенно реваншистской пропаганды и на базе пересмотра итогов Второй мировой войны.
  • Необходимы действенные меры федерального центра по интенсивному социально-экономическому развитию Курильского и Южно-Курильского районов Сахалинской области. В этих целях, как минимум, обеспечить полное финансирование из федерального бюджета программы “Социально-экономическое развитие Курильских островов Сахалинской области на 1994 - 2005 г.г.”.
  • </ol>

    Однако, как и ожидалось, в каждом докладе присутствовала своя “изюминка”, свой исследовательский подход к проблеме, свои предложения, значительная часть которых были поддержаны и включены в итоговый документ или учтены при выработке рекомендаций.

    В частности, депутат Сахалинской областной Думы, председатель комиссии по законности, законодательству и внешним связям, руководитель организационного комитета парламентских слушаний С.А. Пономарев обнародовал результаты своего депутатского расследования, которое подтверждает, что “Совместная декларация” 1956 года не вполне легитимна, так как не ратифицирована Верховным Советом РСФСР как субъекта СССР, что противоречит действовавшей на тот период Конституции СССР 1937 г. Кроме того, С.А. Пономарев просил поддержки усилий, предпринимаемых Сахалинской областной Думой по внесению поправок в статьи 67, 72 и 102 Конституции Российской Федерации с тем, чтобы любое изменение границ субъекта федерации производилось только с согласия его органов власти, либо по итогам референдума. Им был также заострен вопрос о необходимости паритетного употребления русских и японских географических названий в совместных соглашениях и договорах, о недопустимости использования на территории России картографических изданий с реваншистской интерпретацией территориального размежевания. В этой связи Пономарев привлек внимание к соответствующему японскому еженедельнику, выдаваемому персоналу иностранной нефтяной компании “Сахэнерджи” в качестве расходной настольно-канцелярской принадлежности.

    Представитель МИД по Сахалинской области Касторнов С.И., предварительно предупредив участников слушаний, что его доклад согласован с МИД РФ, обратил внимание присутствующих на необходимость соблюдения международно-правовых обязательств, в том числе “Совместной декларации” и отдельных ее пунктов. Однако, как считает МИД и Президент Путин В.В., стороны пока не вышли на однообразное понимание статьи 9 - и для этого требуется время. Японская сторона пока не готова к выходу на переговоры. Если изменений в позиции Японии не будет, то не будет мирного договора - а значит вообще никаких изменений не будет. Все зависит от японской стороны.

    Член Совета Федерации, председатель Комитета по безопасности и обороне СФ ФС РФ Озеров В.А. отметил, что из 625 млрд. долларов, которые Япония в течение 25 лет инвестировала за рубеж, в экономику России пришло всего порядка 0,034 млрд. долларов, т.е. 0.054 %. У Японии имеются долгосрочные программы сотрудничества с другими странами, поэтому совершенно безосновательны надежды на то, что она сможет изменить ориентацию своего внешнего сектора на Россию. Озеров заверил участников слушаний в том, что Совет Федерации никогда не пойдет на ратификацию мирного договора с Японией за счет передачи части российской территории.

    Заведующий сектором международного сотрудничества в АТР Института экономических исследований (г. Хабаровск), кандидат экономических наук Адмидин А.Г. сообщил, что доля России в экспорте-импорте Японии составляет менее 1 %. За последние годы Япония утратила статус партнера № 1 для российского Дальнего Востока, уступив место в экспортной составляющей внешнеторгового баланса дальневосточной экономики Китаю, а в импортной - США. Причем, динамика внешнеторговых показателей ухудшалась независимо от потепления или похолодания в политических отношениях между нашими странами. По мнению Адмидина, это свидетельствует о том, что экономическое взаимодействие идет своим путем, который зависит не от политической, а рыночной конъюнктуры (здесь автор не вполне согласен с А.Г. Адмидиным, т.к. лично с 1986 г. участвовал в проработке нескольких десятков инвестиционных проектов, реализация которых была прекращена по указаниям МИД Японии, несмотря на очевидную заинтересованность японских инвесторов).

    Вице-губернатор Сахалиннской области С.А. Подолян, вицэ-мэр Курильского района Вишневский Н.В. , председатель Южно-Курильского районного собрания Коваль И.М. отмечали положительные сдвиги в экономике островов и высказали свое отрицательное отношение к так называемой гуманитарной помощи со стороны Японии и к безвизовым обменам, которые используются японцами для проведения массированной прореваншистской обработки населения островов. Приводился в качестве примера возмутительный случай, когда 10-летним школьникам, посетивших Японию по обмену, в течение 3-х часов читали лекцию о японском суверенитете на острова. Руководитель одной из японских делегаций шантажировал, что если от мэра не будет заявления в Правительство РФ о передаче острова Шикотан Японии, то гуманитарная помощь прекратится. Построенная японцами по линии гуманитарной помощи дизель-электростанция только повысила себестоимость электроэнергии и создала дополнительные проблемы с завозом дизтоплива. В процессе подготовки ТЭО российская сторона предвидела эти сложности и настаивала на строительстве гидротермальной электростанции, однако японские руководители проекта с их мнением не посчитались, хотя имели успешно реализованный впоследствии проект электростанции на гидротермах.

    Директор регионального центра социально-экономических исследований Сахалинского государственного университета Прокопенко С.В. заявил, что по реваншистским подрядам застую в регионах, в том числе - в Сахалинской области проводятся и затем обнародуются фальсифицированные социологические исследования без соблюдения необходимых требований к их объективности. Следует привлекать фальсификаторов к строгой ответственности в соответствии с законодательством. Прокопенко привел ряд данных добросовестных социологических исследований среди общей массы населения и среди студенческой молодежи, которые свидетельствуют о том, что подавляющее большинство российских граждан выступают за территориальное статус-кво. В то же время, центр располагает данными, что активными сторонниками территориальных притязаний Японии являются лишь 8 % опрошенных японцев.

    Начальник Федерального главного управления “МАП Сахалина” министерства транспорта РФ Егоров М.И. в ходе доклада особо предупредил, что в случае уступки территориальным требованиям Японии, Россия потеряет незамерзающие пролив Фриза и пролив Екатерины. Тем самым Россия потеряет свободный выход в Тихий Океан. Япония обязательно сделает проход через проливы платным или ограниченным.

    Председатель комитета по геополитике Госдумы ФС РФ А.А. Шабанов подчеркнул, что позиция федерального центра по столь важному вопросу национальной безопасности пока невнятная, что МИД России не должен признавать ст. 9 Декларации от 1956 года, если она не отвечает национальным интересам страны. При этом Шабанов сослался на то, что США и их союзники (в т.ч. Япония) “не стесняются нарушать нормы международного права когда им это выгодно (бомбардировки Югославии без санкции СБ ООН, намерение выйти из Договора по ПРО от 1972 года и т.д.)”. Россия же, по мнению Шабанова, может вполне легитимно денонсировать ст. 9 Декларации. Шабанов проинформировал участников слушаний о том, что 6 октября с.г. состоится коллегия МИД РФ и комитета ГД ФС РФ по геополитике, в ходе которой будут обсуждаться вопросы, связанные с территориальными притязаниями Японии.

    Депутат Госдумы ФС РФ Галичанин Е.Н. , выражая общее мнение фракции “Единство”, заявил, что острота создавшейся ситуации не вызывает сомнений в необходимости проведения этих парламентских слушаний и пообещал, что 2-й этап этих слушаний будет проводиться в Госдуме.

    Выступление доктора юридических наук Митрохина В.К. было акцентировано на антироссийской роли США в возникновении территориальных притязаний Японии к СССР (России). Напряженность между СССР и Японией инициировалась американцами для обеспечения своего военного присутствия в регионе. Митрохин предостерег в этой связи, что на ближайшем к Курилам японском военном полигоне Яусубецу американцы неоднократно проводили совместные с силами самообороны Японии учения, в ходе которых отрабатывались наступательные операции. В качестве примера абсурдной реваншистской пропаганды Митрохин привел изданную в Москве (!!!) книгу председателя научно-исследовательского совета по вопросам национальной безопасности Японии (Анпокэн) Итиро Суэцугу "Пропущенные вехи на пути к мирному договору".

    На документальных свидетельствах подстрекательской роли США в разжигании японского реваншизма и их циничном отказе от Ялтинских соглашений остановился в своем докладе директор института истории, социологии и управления Сахалинского госуниверситета Высоков М.С.

    Представитель центра изучения Японии института Дальнего Востока РАН Глеба Г.В. заострил внимание присутствующих на том обстоятельстве, что японо-американским центрам передового базирования в районе южной части Курил “противостоит” вакуум российской военной силы. Необходимо срочное принятие адекватного военно-политического решения.

    Заместитель председателя Комитета по защите Курил и территориальной целостности России, кандидат исторических наук Плотников А.Ю. привел ссылки на международно-правовые акты, согласно которым ст. 9 Декларации от 1956 года утратила свою юридическую силу. Плотников полагает, что это нормальная международная юридическая практика, когда договоры или пункты договоров отменяются в случае их вступления в противоречие с реально складывающейся политической обстановкой в мире. Кроме того, он предложил рекомендовать прокуратуре разобраться с вопросом о распространении иностранной компанией "Сахэнерджи" на российской территории ежедневника с использованием реваншистской интерпретации территориального размежевания между Россией и Японией.

    Член экспертного совета при комитете по международным делам Госдумы ФС РФ, профессор Нарочницкая Н.А. в своем выступлении заострила внимание на том обстоятельстве, что, согласно “Акту о полной и безоговорочной капитуляции” 1945 года, прежнее японское государство перестало существовать как субъект международного права. На его месте возник абсолютно новый субъект - современная Япония, обладающая только той частью правопреемственности (континуитета), которая разрешена победителями. Таким образом, по мнению Нарочницкой, современная Япония вообще не вправе не только претендовать на южную часть Курил в силу того обстоятельства, что она ими никогда не владела, но даже обсуждать этот вопрос (по мнению автора этой статьи, событие континуитета следует рассматривать как дополнение к более доходчивым доводам, заключающимся в том, что японцы сами задокументировали свой отказ от рассматриваемых территорий в “Акте о капитуляции” и Сан-Францисском договоре).

    В выступлении ведущего научного сотрудника института востоковедения РАН, доктора исторических наук Латышева И. А. прозвучала острая критика в адрес российского МИД, посла РФ в Японии Панова, генконсула РФ в г. Саппоро Саплина, а также таких известных в политике и науке фигур как Саркисов, Хакамада, Явлинский, Казаков, Мартынов и др., занимающих, по мнению Латышева, прореваншистскую позицию. Латышев проинформировал участников о том, что в Японии существует специальный фонд, созданный с целью “материальной поддержки” граждан России, оказывающих содействие территориальным притязаниям Японии. Назвал ряд конкретных фактов подкупа российских влиятельных фигур. Подписание таких документов как “Токийская декларация” 1993 г. и “Иркутское заявление” 2001 г. были названы Латышевым “явной глупостью” с российской стороны. В этой связи он просил участников слушаний рекомендовать Правительству РФ провести необходимые кадровые замены в МИД и ведущих институтах на японском направлении.

    Заместитель председателя координационного совета рыбаков России, профессор Зиланов В.К. (бывший зам. руководителя рыбопромышленной отрасли страны) в своем экскурсе в двухсотлетнюю историю российско-японских отношений показал, сколь решающим мотивационным фактором в японских территориальных притязаниях являются богатейшие рыбные ресурсы Охотского моря, его побережья и островов. Во всех случаях, когда японцам на протяжении рассматриваемого исторического периода удавалось брать под свой временный контроль какие-либо российские приморские и островные территории, они первым делом начинали заниматься хищническим промыслом в устьях рек и прибрежной акватории. Зиланов привел данные о том, как именно в эти периоды были уничтожены популяции отдельных ценных видов рыбы и морских животных. Предлагая меры по разблокированию российско-японской напряженности, Зиланов выделил целый блок вопросов рыболовного промысла и рыбоохраны, тесное российско-японское сотрудничество по которым могло бы полностью обесценить территориальную проблему. В своей статье “Россия - Сахалин - Япония: общественность сможет все!”, опубликованной в 1999 г. в майских номерах южно-сахалинской газеты “Регион”, и в докладе на московском форуме “Российско-японского комитета XXI века” (июнь 1999 г.) мной была предпринята попытка представить основную мотивацию японских территориальных притязаний именно в таком продовольственно-стратегическом рыболовном ракурсе. Однако эта позиция встретила тогда понимание только у известного автора “Ветки сакуры” В.А. Овчинникова и у директора института Дальнего Востока РАН М.Л. Титаренко. Помнится, Итиро Суэцугу даже не смог сдержать негодование. В той же статье (сейчас она на сайте http://www.arcenter.ru/) я предлагал японцам вместо территориальных притязаний заняться серьезным совместным хозяйствованием на Охотском море - создать пул (возможно - и вместе с американцами), который бы функционировал по всему спектру вопросов добычи, переработки, сохранения и воспроизводства рыбных ресурсов. - Поэтому было весьма лестно для “просвещенного дилетанта” считать себя приобщенным к позиции столь просвещенного (без кавычек) рыбопромышленника-международника как В.К. Зиланов.

    Однако в итоговых “Рекомендациях” парламентских слушаний рыболовный аспект территориальных притязаний нашел свое отражение только в предложении прекратить, начиная с 2002 г., действие “Соглашения между Правительством Российской Федерации и Правительством Японии о некоторых вопросах сотрудничества в области промысла морских живых ресурсов” от 21 февраля 1998 г. Критический правовой анализ этого “Соглашения”, сделанный в докладах В.К. Зиланова и депутата Госдумы ФС РФ И.А. Ждакаева, вполне убедил участников в его абсолютной и даже какой-то преднамеренной ущербности не только для экономических, но и политических интересов России.

    Представленный В.К. Зилановым рыболовный фактор мотивации территориальных притязаний и его предложения по локализации напряженности путем создания совместно с японцами выверенного правового поля по всем аспектам совместного рыболовства и охраны морских ресурсов в Охотском море пока что должной оценки у участников парламентских слушаний не получили, в связи с чем в итоговые “Рекомендации” не попали. Но, как выражаются в подобных случаях оптимисты, “еще не вечер”. - Будем надеяться на понимание, которое, все равно, когда-нибудь - да посетит.

    Пользуясь авторскими правами на эту статью, не могу не остановиться вкратце на собственном докладе и предложениях. Были поддержаны другими участниками слушаний и вошли в итоговые “Рекомендации” следующие выдвинутые мною предложения:

    <ol>

  • о необходимости присоединения к Сан-Францисскому мирному договору,
  • о необходимости действенной (читай - и финансовой) государственной поддержки мероприятий по пропаганде российского суверенитета над территориями, переданными Советскому Союзу по итогам Второй мировой войны.
  • </ol>

    По умолчанию не вошли в “Рекомендации” следующие предложения:

    <ol>

  • о создании на Курильских островах рыбных “порто-франко”. В ряде моих статей на упоминавшемся сайте http://www.arcenter.ru/ я поднимал вопрос о рыбных “порто-франко” как об альтернативе бесполезным административно-расстрельным мерам по принуждению российских рыбаков доставлять уловы в отечественные порты вместо японских. Без выполнения этой задачи все рассуждения о создании отечественного рыбного рынка - это пустое сотрясание воздуха. Причем, речь следует вести только о узкоспециализированных рыбных “порто-франко” как о способе разрешения адресной задачи обеспечения продовольственной безопасности страны. Все законодательные проекты по созданию региональных или островных свободных (или особых) экономических зон заведомо обречены на провал, так как у этих проектов огромное число явных и неявных противников в представительных и исполнительных органах федеральной власти. У рыбных “порто-франко” на российском Дальнем Востоке главный противник один, - но более чем серьезный - это японский рыбный рынок (а значит - вся Япония). В этой связи успех может быть обеспечен только при задействовании всего потенциала державного самосознания. Нам следует учиться у тех стран, граждане которых преклоняются перед своим флагом не только в условиях военной угрозы, но и в совершенно обыденных, в том числе - рыночных ситуациях. Кстати, советский опыт порто-франко был уже впервые частично обкатан в порту Александровск-Сахалинский до 1925 г., а в настоящий период опять-таки на Сахалине также функционируют прототипы “порто-франко” - нефтегазовые проекты “Сахалин-1” и “Сахалин-2”, освобожденные от уплат НДС, таможенных сборов, утомительных погранично-таможенных и большинства других формальностей.
  • о кардинальном пересмотре военно-оборонительной и, в частности - военно-морской доктрины на дальневосточном театре. Меня не оставляют серьезные опасения в том, что нынешнее состояние военного строительства на Дальнем Востоке и, в частности, на Сахалине и Курилах может вылиться в преступную халатность, которая перед лицом военных приготовлений хронического агрессора приведет к неисчислимым жертвам и лишениям. Сейчас критическая масса такова, что спровоцировать японскую агрессию может кто угодно. Для японского социума и руководства много не надо. Он уже подготовлен, уже убежден в своей “исторической правоте”, убежден в том, что его правота имеет поддержку во всем мире. Ведется усиленная подготовка именно в этом плане сил самообороны Японии. А в эшелонах власти СССР и России этому - если по большому счету - потакали и пока продолжают потакать.
  • </ol>

    Публичный спор вызвало мое предложение о необходимости официального обращения в Международный суд ООН в связи с прямыми покушениями на российский суверенитет (послание Премьер-министра Японии нашему Президенту с жестким требованием запретить рыболовный промысел третьих стран в территориальных водах южной части Курил). Доктор И.А. Латышев в конце слушаний попросил слово и опротестовал это предложение, аргументируя якобы заведомой необъективностью судей по отношению к России, а также унизительностью (по его мнению) самого факта вверения наших споров с Японией каким-либо третьим лицам. - Предложение в “Рекомендации” внесено не было.

    Мне же представляется, что жизнь заставит нас вернуться к этому вопросу. Вора надо сразу хватать за руку и вести в суд. Сама Япония никогда не обратится в Международный суд. Слишком ничтожны шансы у легитимности ее притязаний. - ...Да просто никаких шансов. Ведь именно по этой причине Итиро Суэцугу - один из наиболее последоватевательных реваншистов, вдруг проникается трогательной заботой о светлом будущем российско-японских взаимоотношений и принимается сколь настойчиво, столь и нелогично убеждать читателей своей книги в абсолютной вредности обращения в Международный суд (“Вехи на пути к заключению мирного договора между Японией и Россией”, стр. 131-133). Но что особенно, на первый взгляд, парадоксально - недостаток логики Суэцугу решительно подкрепил ссылкой на полное единомыслие по этому вопросу с нашим почтенным И.А. Латышевым. При пристальном же рассмотрении, ничего парадоксального в этом нет. К сожалению, это как раз тот нередкий случай, когда некоторые наши негибкие ура-патриотические “души порывы” весьма умело обыгрываются реваншистами.

    В этой же связи хочу заострить внимание на тезисе о том, что международный договор не является “священной коровой”. - ...По-крайней мере, на чрезмерно расширительном звучании этого тезиса, которое имело место в некоторых докладах. - Тем самым мы и попадаемся, как раз, на удочку тех японцев, которые с хладнокровным цинизмом перевирают, полностью игнорируют или же произвольно кроят международные правовые акты и лукаво заманывают нас в свою компанию “перекройщиков”.

    Вместо заключения

    Парламентские слушания открылись в то утро, когда мир проснулся совсем другим - окончательно изнасилованным обнаглевшими международными террористами. В 12 часов дня участники парламентских слушаний, не дожидаясь указаний свыше, почтили память жертв террора в США минутой молчания. Многие же посвятили эту минуту молчания всем жертвам террора. Наш Президент первым заявил, что Россия - с Америкой. Ему не было надобности долго раздумывать - Россия уже ведет настоящую войну с международным терроризмом. Теперь будет мировая война. - ...Третья. Ностродамус и астрологи оказались правы. Дай-то Бог, чтобы эта война велась только против зверья, уже подобравшегося к горлу человечества. Чтобы не перепутали людей со зверьем - облик-то один. И действовать надо в согласии и решительно, не давая зверью забиться в норы. По образу и подобию того, как было решено в 1945 году в Ялте под лозунгом “Нацист должен быть уничтожен на земле, в воздухе и под землей!”. Тогда актуальным было слово “нацист”, но сути это не меняет. Можно употребить и лозунг нашего Президента: “Мочить террористов будем везде - ... и в сортире тоже”. Но тогда нашего Президента не давали понять “общечеловеки”. Обвиняли, читали нравоучения, держали за руки. - ... Доигрались... Но и нам нельзя забывать и Ялту, и то, как обошлись потом с Ялтинскими соглашениями. Тогда мы потребовали законную плату за свою помощь, и за 20 миллионов жертв, и за свое будущее. Мы не могли допустить, чтобы какой-нибудь новый враг закрыл для нас выход в Тихий Океан. Сейчас мы должны потребовать уважения к себе, к нашим жертвам в борьбе с терроризмом, уважения к итогам предыдущей мировой войны, уважения к Ялтинским соглашениям. Это мое мнение.

    Недорез Юрий Иванович, директор ООО “Центр перспективных исследований”

    28 сентября 2001г.

    Вернуться назад









    Рейтинг.Сопка.Net
    Copyright © 2000-2011 ARCG
     
    Developed by Сопка.NET
    Хостинг RU-CENTER на www.nic.ru